![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
roman-i-darija.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
stop_rpcОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
roman_i_darija в Бородинский храм: актёры спасли, а поп ломает...
roman_i_darija в Бородинский храм: актёры спасли, а поп ломает...Лихолетья каждого века наносили увечья единственному архитектурному ветерану Бородинского сражения – сельскому храму, мобилизованному в качестве наблюдательного пункта на правом фланге русских позиций в 1812 году. В главу, с которой раскрылось направление главного удара неприятеля, получено было тяжёлое ранение. Изрешечённый пулями и обобранный врагом, храм был оставлен умирать на запустевшем поле.
Вспомнили о храме лишь через несколько лет, а полностью восстановили уже к 25-летию победы в Отечественной войне 1812 г. В то же время за Бородинским полем утвердилось его мемориальное значение, а на соседнем с селом холме, где располагалась прославленная батарея Раевского, вознеслась увенчанная крестом маковка Главного монумента. К подножию памятного столпа перенесли прах бородинского героя, князя Багратиона, а в церковь передали походную икону генерала – Смоленский образ Богородицы (Одигитрии), в честь которого церковь и была переосвящена.
В годы буйства пролетарского интернационала любовь к отечеству репрессировали, а "памятники контре" взрывали. Чугунные обломки Главного монумента пошли на переплавку. Шёл 1932 год, и классовым врагам негде было скрыться: их вынимали даже из могил. Выбросили и кости Багратиона… Так что эклектика современного Красного холма, где под восстановленным колоссом Главного монумента зияют советские ДОТы, обманывает доверчивого туриста. В 41-м было иначе. Когда зябнущих бойцов Рабоче-крестьянской красной армии гнали по Смоленской дороге, они тщетно пытались удержаться на ими же порушенном и разграбленном бородинском рубеже. За спинами тех, кто окопался на месте батареи Раевского, была пустота – памятник пролетарской безродности.
Реанимация патриотизма, подстёгнутая, по иронии судьбы, немецкими нацистами, не скоро отразилась на памятниках Бородинского поля. Окрестные же храмы и вовсе подверглись целенаправленному разрушению именно после войны. Местный председатель, Епифан Гаврилович Яковин, нисколько не претендуя на славу бородинского Герострата, хозяйской рукой разбирал их на кирпич. От двух церквей, в сёлах Криушине и Ельне, не осталось ничего. Утилизация Одигитриевского храма, начавшаяся было не менее успешно, наткнулась на сопротивление сотрудников Бородинского музея. Почти десять лет им удавалось сохранять руины от окончательного разрушения, пока в 1961 году, в разгар хрущёвских гонений, Епифан не почуял возможности "раскатать"-таки храм. В отчаянии музейщики искали поддержки повсюду. Однако не помогло даже заступничество художника П.Д. Корина и академика Д.С. Лихачёва.
Руины храма в селе Бородино. Фото 1960 г.
Весомый для властей аргумент в защиту храма сумел привести лишь один человек – режиссёр Сергей Бондарчук. Как раз в то время он приступил к реализации госзаказа на знаменитую киноэпопею. Говорят, Бондарчук нарочно внёс изменения в сценарий, прописав в эпизоде поклонения русских воинов Смоленской иконе панорамный вид с бородинским храмом: теперь оставалось явиться "куда следует" и, ткнув пальцем в текст, потребовать вернуть декорацию на место. За полгода храм был восстановлен.
Храм в селе Бородино после реставрации. Фото 1967 г.
Архитектор Н.И. Иванов, руководивший реставрационными работами, вернул храму изначальный облик, который не стали воссоздавать после нашествия "двунадесяти язык". В лучшие времена при советах храмы умели не только ломать, и если уж строили, то царские строители иной раз казались сущими варварами. Достаточно вспомнить древнейший храм Москвы – Спасский собор Андроникова монастыря. Также пострадавший в Отечественную войну 1812 года, он был перестроен до неузнаваемости. Архитектор Герасимов "украсил" храм XV века шатровым куполом – в духе зодчества эпохи Стоглавого собора, популярной у творцов николаевского "русского стиля". Разбухший пристройками, к которым прорубили древние белокаменные стены, храм совершенно утратил свой возраст, открытый специалистами только после революции.
Спасский собор Андроникова монастыря до реставрации.
Почти одновременно с Одигитриевской церковью он был восстановлен – буквально по кусочкам, найденным в ходе археологических раскопок. Прекрасный собор, расписанный когда-то самим Андреем Рублёвым, возник из-под позднейших уродливых наслоений, как "Троица", открытая искусствоведами в закопчённом храме.
Спасский собор Андроникова монастыря после реставрации.
Московская церковь Спаса Нерукотворного находится на территории музея-заповедника, а вот бородинский храм передан музейщиками РПЦ МП. Попасть внутрь, да и просто подойти к памятнику, затруднительно – ограда храмовой территории во внебогослужебное время заперта. Приобретя высокий забор, храм, однако, утратил весьма существенную деталь. О её отсутствии мы поинтересовались у бородатого "трудника". Тот охотно пояснил, что батюшка, осмотрев переданное ему строение, заметил, что при царе оно выглядело не так. "Мы эти столбы пошатали-пошатали, они и рухнули…".
Священник был прав. Гульбища (опоясывающей верхний ярус храма галереи) при царе не было. Разрушенное в грозу двенадцатого года, его не восстановили сразу, а после уже не знали как. Советские реставраторы вернули храму его довоенный вид.
Храм в селе Бородино. Фото 1993 г.
Теперь же, как "при царе", висят на оголённых стенах храма в никуда ведущие двери.
Храм в селе Бородино. Фото 2008 г.
Патриархия не может относиться ко вверенному ей народному достоянию как к историческим памятникам. И это вполне естественно. Стремясь к своим неотмирным целям, она (как и коммунист Епифан Яковин, в преддверии светлого будущего строивший из разобранных храмов коровники) здесь, на земле, ведёт себя по-хозяйски, не заботясь о прошлом.
Роман и Дарья Нуриевы,
для "Портала-Credo.Ru"
Вспомнили о храме лишь через несколько лет, а полностью восстановили уже к 25-летию победы в Отечественной войне 1812 г. В то же время за Бородинским полем утвердилось его мемориальное значение, а на соседнем с селом холме, где располагалась прославленная батарея Раевского, вознеслась увенчанная крестом маковка Главного монумента. К подножию памятного столпа перенесли прах бородинского героя, князя Багратиона, а в церковь передали походную икону генерала – Смоленский образ Богородицы (Одигитрии), в честь которого церковь и была переосвящена.
В годы буйства пролетарского интернационала любовь к отечеству репрессировали, а "памятники контре" взрывали. Чугунные обломки Главного монумента пошли на переплавку. Шёл 1932 год, и классовым врагам негде было скрыться: их вынимали даже из могил. Выбросили и кости Багратиона… Так что эклектика современного Красного холма, где под восстановленным колоссом Главного монумента зияют советские ДОТы, обманывает доверчивого туриста. В 41-м было иначе. Когда зябнущих бойцов Рабоче-крестьянской красной армии гнали по Смоленской дороге, они тщетно пытались удержаться на ими же порушенном и разграбленном бородинском рубеже. За спинами тех, кто окопался на месте батареи Раевского, была пустота – памятник пролетарской безродности.
Реанимация патриотизма, подстёгнутая, по иронии судьбы, немецкими нацистами, не скоро отразилась на памятниках Бородинского поля. Окрестные же храмы и вовсе подверглись целенаправленному разрушению именно после войны. Местный председатель, Епифан Гаврилович Яковин, нисколько не претендуя на славу бородинского Герострата, хозяйской рукой разбирал их на кирпич. От двух церквей, в сёлах Криушине и Ельне, не осталось ничего. Утилизация Одигитриевского храма, начавшаяся было не менее успешно, наткнулась на сопротивление сотрудников Бородинского музея. Почти десять лет им удавалось сохранять руины от окончательного разрушения, пока в 1961 году, в разгар хрущёвских гонений, Епифан не почуял возможности "раскатать"-таки храм. В отчаянии музейщики искали поддержки повсюду. Однако не помогло даже заступничество художника П.Д. Корина и академика Д.С. Лихачёва.
Руины храма в селе Бородино. Фото 1960 г.
Весомый для властей аргумент в защиту храма сумел привести лишь один человек – режиссёр Сергей Бондарчук. Как раз в то время он приступил к реализации госзаказа на знаменитую киноэпопею. Говорят, Бондарчук нарочно внёс изменения в сценарий, прописав в эпизоде поклонения русских воинов Смоленской иконе панорамный вид с бородинским храмом: теперь оставалось явиться "куда следует" и, ткнув пальцем в текст, потребовать вернуть декорацию на место. За полгода храм был восстановлен.
Храм в селе Бородино после реставрации. Фото 1967 г.
Архитектор Н.И. Иванов, руководивший реставрационными работами, вернул храму изначальный облик, который не стали воссоздавать после нашествия "двунадесяти язык". В лучшие времена при советах храмы умели не только ломать, и если уж строили, то царские строители иной раз казались сущими варварами. Достаточно вспомнить древнейший храм Москвы – Спасский собор Андроникова монастыря. Также пострадавший в Отечественную войну 1812 года, он был перестроен до неузнаваемости. Архитектор Герасимов "украсил" храм XV века шатровым куполом – в духе зодчества эпохи Стоглавого собора, популярной у творцов николаевского "русского стиля". Разбухший пристройками, к которым прорубили древние белокаменные стены, храм совершенно утратил свой возраст, открытый специалистами только после революции.
Спасский собор Андроникова монастыря до реставрации.
Почти одновременно с Одигитриевской церковью он был восстановлен – буквально по кусочкам, найденным в ходе археологических раскопок. Прекрасный собор, расписанный когда-то самим Андреем Рублёвым, возник из-под позднейших уродливых наслоений, как "Троица", открытая искусствоведами в закопчённом храме.
Спасский собор Андроникова монастыря после реставрации.
Московская церковь Спаса Нерукотворного находится на территории музея-заповедника, а вот бородинский храм передан музейщиками РПЦ МП. Попасть внутрь, да и просто подойти к памятнику, затруднительно – ограда храмовой территории во внебогослужебное время заперта. Приобретя высокий забор, храм, однако, утратил весьма существенную деталь. О её отсутствии мы поинтересовались у бородатого "трудника". Тот охотно пояснил, что батюшка, осмотрев переданное ему строение, заметил, что при царе оно выглядело не так. "Мы эти столбы пошатали-пошатали, они и рухнули…".
Священник был прав. Гульбища (опоясывающей верхний ярус храма галереи) при царе не было. Разрушенное в грозу двенадцатого года, его не восстановили сразу, а после уже не знали как. Советские реставраторы вернули храму его довоенный вид.
Храм в селе Бородино. Фото 1993 г.
Теперь же, как "при царе", висят на оголённых стенах храма в никуда ведущие двери.
Храм в селе Бородино. Фото 2008 г.
Патриархия не может относиться ко вверенному ей народному достоянию как к историческим памятникам. И это вполне естественно. Стремясь к своим неотмирным целям, она (как и коммунист Епифан Яковин, в преддверии светлого будущего строивший из разобранных храмов коровники) здесь, на земле, ведёт себя по-хозяйски, не заботясь о прошлом.
Роман и Дарья Нуриевы,
для "Портала-Credo.Ru"
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-12-13 05:01 pm (UTC)Не хочется вас обижать, но ваша тугодумность мягко говоря озадачивает. Быть может, причина в том, что ваш супруг внезапно вмешался и пытался мне ответить, так и не прочитав ветку этих комментариев, а также наше небольшое обсуждение вашего поста про Лютера, не дошедшего до Петрозаводска? (хихикаю).
Прихожане-то, может, и не имели к разрушению отношения, но община - десятка - это условие существования прихода как юридического лица, а храм мог быть передан в 1990 году не иначе как только юридическому лицу - зарегистрированной десятке. Речь об этом завел потому, что из дискуссии стало понятно, что вы плохо представляете себе, что такое "передача храма в пользование" и кому он был все-таки передан, смешав в одно целое общину, патриархию и РПЦ МП.
не можете понять, что разговариваете не только с Дарьей
А вы, похоже, не можете понять, что я несмотря на разговор не только с Дарьей могу обращаться к ней по имени. Дарья, разве у меня нет права обращаться к вам по имени?