Исповедь Майдану. Из России с любовью

[roman-i-darija.livejournal.com]

Если бы десять лет назад мне сказали, что сейчас я буду за Майдан, я… да вы и сами не поверили бы. Во время Помаранчевой революции мне исполнилось шестнадцать. Я как раз недавно стала очень церковной девочкой, и в церкви получила ленточку «Янукович – выбор 2004»…

В Киеве, как ещё Булгаков замечал, большой выбор церквей. В Московской мне сразу пояснили, что одна она – каноническая, а все остальные – раскольники. Забыли только рассказать, как сами ради независимости от греков на сто лет уходили в раскол. Я много читала, но попадалось одно к одному: «Протоколы сионских мудрецов», «Россия перед вторым пришествием», «Чудеса царственных мучеников»… Конечно, я любила историю, и то и дело срывала уроки свидомой Надии Петривны. Чтобы быть и в курсе современных событий, выписывала газету «Русская правда». А любые сектантские брошюрки швыряла в дарителей с праведным гневом, плевками и воплями (однажды в руках, а затем на сектанте оказался и кофе). Батюшка журил с улыбкой и советовал для надежности не рвать, а жечь.

И я жгла. Раба Божия Дарья ходила крестными ходами по Киеву, у памятника Богдану Хмельницкому каялась на коленях в убийстве царской семьи и в нарушении клятвы Переяславской рады. Заслышав «слава Українi!», придумала кричать «раскольникам анафема!». Я никогда не была в России, но не существовало для меня именно Украины. Мне было противно петь её гимн на школьных мероприятиях. Меня кривило от вышиванок и жовто-блакитного флага. Россия была не просто Третьим Римом – она была целым миром. Имперский комплекс полноценности подсказывал: «Возвратит Россия русский Севастополь, / Станет снова русским полуостров Крым, / Наш Босфор державный, наш Константинополь / И святыня мира – Иерусалим». Никто специально этому не учит, православные шахиды улавливают настрой в пропитанном ладаном воздухе. Переубедить в этом – как научить дышать по-другому. У Надии Петривны было ангельское терпение…

Зато я становилась всё более нетерпимой. Враги во множестве обнаружились и внутри церкви. Например, евреи, принявшие православие, чтобы напакостить русским. Или украинцы, только и ждущие канонической автокефалии и перевода богослужения на мову. С годами в церкви становилось всё более душно… Я уже не знала, что хуже: визит на Украину Римского папы или Константинопольского патриарха. Но и когда в лавру приехал Московский, а толпа исступлённо скандировала «Алексий – наш патриарх!», я молчала. Не за скандальную речь перед раввинами, и не за то, что он был кагэбэшником. Просто литургия слишком мало отличалась от митинга.

Меня спасло то, что когда-то давно, до ленточки Януковича на рюкзаке и русского царя в голове, я всё-таки слышала о Боге: раскаты Баха, голос Иннокентия Смоктуновского со старой пластинки, лучшую детскую Библию на свете – «Хроники Нарнии». Они остались в сердце, когда разум безжалостно отправил и Баха, и Льюиса в ад. Если бы не эта детская любовь, наверное, так бы и наматывала круги крестными ходами, по дороге пиная стенды каких-нибудь свидетелей Иеговы.

Выход из Московской патриархии освободил мою веру от политики, а переезд в РФ научил любить Украину. Россия оказалась не Третьим Римом, а третьим миром. Теперь я живу в карельском посёлке, где даже нет храма – и слава Богу!

Дарья Нуриева,
Релігійно-інформаційна служба України

Оригинал взят у roman_i_darija в Исповедь Майдану. Из России с любовью

Comments

[procvetitel.livejournal.com]

Кстати, весьма напоминающей ваши "метаморфозы" является история и чекистского профессионального убийцы Богдана Сташинского, коварно убившего самого Бандеру и Ребету:

"Богда́н Никола́евич Сташи́нский (род. 4 ноября 1931, Борщовичи, Пустомытовский район Львовской области) — агент КГБ СССР, по заданию которого осуществил убийство лидеров украинского националистического движения Льва Ребета (1957) и Степана Бандеры (1959). В 1959 году за участие в политических убийствах был награждён орденом Красного Знамени. Заказчиком убийства Степана Бандеры был секретарь ЦК КПСС А.И. Кириченко[1].

Биография

Родился в семье украинских националистов. С 1948 учился в Львовском пединституте. Задержанный милицией за безбилетный проезд в поезде в 1950 году был завербован органами госбезопасности и с 1951 года начал принимать участие в борьбе по ликвидации украинского националистического подполья. В 1952—1954 проходил интенсивное обучение в Киеве, изучая немецкий и польский языки и осваивая основы разведывательного дела. Затем работал в Польше и ГДР под именем Иозефа Лемана. Работал диспетчером в гараже, обслуживавшем советское представительство при правительстве ГДР, переводчиком с польского языка в министерстве внутренней и внешней торговли. Здесь встретился с парикмахершей Инге Поль, которая стала его женой.

12 августа 1961 года, в силу определённых личных обстоятельств[2], перебежал вместе с женой, гражданкой ГДР Инге Поль, в Западный Берлин, где сдался полиции и признался в совершённых убийствах. Впоследствии был осуждён на 8 лет лишения свободы. Судебный процесс над Сташинским вошёл в историю немецкой юриспруденции под названием «Staschinski-Fall» («дело Сташинского») и даже привёл к определённым[каким?] законодательным реформам немецкого уголовного права.

По версии историка советских органов госбезопасности Бориса Володарского, после освобождения Сташинского из заключения ему сделали пластическую операцию, выдали новый паспорт и переправили в ЮАР, где он живёт под чужим именем и поныне (утверждение Володарского на 2009 год)[3]."

Бандеровцы, разумеется, так и не простили Сташинскому убийства своих лидеров и безуспешно пытались его найти для расправы. Многие же историки доныне сомневаются, а не был ли переход Сташинского на Запад специально спланирован КГБ, дабы хорошенько припугнуть всех западных антисоветских деятелей подробностями убийств Бандеры и Ребеты, показывающими степень тогдашнего чекистского коварства и мастерства в убийствах?