Каменная Зоя и голубой монах
Jun. 13th, 2020 02:05 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
timur_nechaev77 posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
stop_rpcВ продолжение предыдущего поста.
via ivanetsoleg
Слухи об «окаменевшей Зое» странным образом вписываются в ситуацию церковного гомосексуального скандала, случившегося за несколько недель до "чуда" с Зоей. До Московской патриархии из Куйбышевской епархии доходили не только слухи о чуде на Чкаловской улице: в феврале 1956 года патриарх и члены Священного синода ознакомились с письмом куйбышевского священника, в котором рассказывалось о сексуальных домогательствах одного иеромонаха в отношении кандидата в духовную семинарию, а также о попытках куйбышевского епископа замять это дело (см. подробности в блоге Андрея Кураева).
При этом бросаются в глаза три вещи. Во-первых, хотя эти события, на первый взгляд, и не связаны с историей на Чкаловской улице, удивляет временнóе совпадение: мать пострадавшего семинариста сразу обнародовала случившееся – в начале декабря 1955 года, за несколько недель до волны слухов и столпотворения на Чкаловской улице. Во-вторых, в центре обеих историй находятся молодые, но уже довольно взрослые по тогдашним меркам люди: в истории с «окаменевшей» – фабричная работница лет восемнадцати, во второй истории – 17-летний юноша, который, однако, в отличие от «Зои», исправно посещал церковь и помышлял об обучении в духовной семинарии. Чтобы подготовиться к учёбе в семинарии он обратился к иеромонаху, настоятелю своего прихода, который и стал его домогаться.
В-третьих, мать жертвы позаботилась о том, чтобы и факт домогательства, и попытки иеромонаха Серафима (Полоза) купить молчание потерпевшего стали достоянием общественности. Мать не только обращалась с жалобами к другим священникам, но, судя по всему, и в милицию, так как уже в декабре 1955 года против Полоза было возбуждено уголовное дело, по которому дали показания священники ряда куйбышевских приходов. В околоцерковных кругах и среди прихожан активно обсуждалось поведение епископа, который повысил обвиняемого в церковной должности, а священников, давших показания, уволил или перевёл на другое место.
В результате давление на епископа Иеронима (Захарова) усилилось, и он был вынужден покинуть епархию в конце мая 1956 года. Иеромонах Серафим (Полоз) был приговорен за «насильственное мужеложство» (статья 154а УК РСФСР) к 2 годам лишения свободы.
Несмотря на судимость (да ещё по такой статье) ееромонах Серафим в марте 1964 года был назначен вторым священником Свято-Казанского храма, а через два года стал его настоятелем в сане игумена, и прослужил здесь около 10 лет. В 1976 году его перевели в Черниговскую епархию. Он скончался в Чернигове в 1987 году.
via ivanetsoleg
Слухи об «окаменевшей Зое» странным образом вписываются в ситуацию церковного гомосексуального скандала, случившегося за несколько недель до "чуда" с Зоей. До Московской патриархии из Куйбышевской епархии доходили не только слухи о чуде на Чкаловской улице: в феврале 1956 года патриарх и члены Священного синода ознакомились с письмом куйбышевского священника, в котором рассказывалось о сексуальных домогательствах одного иеромонаха в отношении кандидата в духовную семинарию, а также о попытках куйбышевского епископа замять это дело (см. подробности в блоге Андрея Кураева).
При этом бросаются в глаза три вещи. Во-первых, хотя эти события, на первый взгляд, и не связаны с историей на Чкаловской улице, удивляет временнóе совпадение: мать пострадавшего семинариста сразу обнародовала случившееся – в начале декабря 1955 года, за несколько недель до волны слухов и столпотворения на Чкаловской улице. Во-вторых, в центре обеих историй находятся молодые, но уже довольно взрослые по тогдашним меркам люди: в истории с «окаменевшей» – фабричная работница лет восемнадцати, во второй истории – 17-летний юноша, который, однако, в отличие от «Зои», исправно посещал церковь и помышлял об обучении в духовной семинарии. Чтобы подготовиться к учёбе в семинарии он обратился к иеромонаху, настоятелю своего прихода, который и стал его домогаться.
В-третьих, мать жертвы позаботилась о том, чтобы и факт домогательства, и попытки иеромонаха Серафима (Полоза) купить молчание потерпевшего стали достоянием общественности. Мать не только обращалась с жалобами к другим священникам, но, судя по всему, и в милицию, так как уже в декабре 1955 года против Полоза было возбуждено уголовное дело, по которому дали показания священники ряда куйбышевских приходов. В околоцерковных кругах и среди прихожан активно обсуждалось поведение епископа, который повысил обвиняемого в церковной должности, а священников, давших показания, уволил или перевёл на другое место.
В результате давление на епископа Иеронима (Захарова) усилилось, и он был вынужден покинуть епархию в конце мая 1956 года. Иеромонах Серафим (Полоз) был приговорен за «насильственное мужеложство» (статья 154а УК РСФСР) к 2 годам лишения свободы.
Несмотря на судимость (да ещё по такой статье) ееромонах Серафим в марте 1964 года был назначен вторым священником Свято-Казанского храма, а через два года стал его настоятелем в сане игумена, и прослужил здесь около 10 лет. В 1976 году его перевели в Черниговскую епархию. Он скончался в Чернигове в 1987 году.
